Вход

или войдите через

Разговор художников с мышмейкером в Сколково!

На выставку «Озарение» в Сколково меня пригласил художник Георгий Литичевский. В рамках выставки должен был состояться круглый стол на тему, в чем разница и сходство между наукой и искусством и бывают ли озарения у ученых и художников. Я ранее не была в Сколково, поэтому на счет места у меня имелись смутные абстрактные представления, что это место силы каких-то на-на-на технологий!

Сколково, 2015, фото Кристины Ятковской

Место, которое находилось в совершенно противоположной стороне от моей дорогой окраины! Окраины, где жители не закусывают настойку боярышника плесневым сыром и под ногами валяются оборудования, помогающие, как им кажется, достичь озарений. К примеру, когда муха с тобой разговаривает на носу, будто партия о самом что ни есть главном. А за окном темно! Осень! И кого там, по дороге встретишь, никак не известно! Может ящеры летают, а может кенгуру скачут с вечнозеленым тростником в сумке, в надежде втюхать его сонным водителям!

Сколково 2015, фото Кристины Ятковской

– Ты обедала?! Я щас обедаю! Хочешь тоже? –

Гоша кивнул в сторону лежащего на барной стойке овоща, напоминающего салат.

– Обедала! – похолодев, сообщила я, – согласна на чай!

Мы отправились на второй этаж лофта в столовую. На столе стоял салатник с этим овощем, и больше ничего не было. Гоша спокойно уплетал свой грандиозный обед, я же развлекала его художественными сплетнями. К чаю появился и Георгий Литичевский, которому вовремя пришло пищевое озарение отобедать в местной заводской столовой, на территории которой находится Гошин лофт.

Жора - Запеченная форель и суп – 200 рублей!

После обеда мы отправились в столярку, где Гоша продемонстрировал сделанный им из оргстекла бластер, к которому должна была еще присоединяться и голова. Что разумно! Без головы палят только идиоты! Чтобы склеить детали головы, он поставил на нее, ладно – 7 бутылок с водкой, бутыли которой имели форму рога. Водка предназначалась для достижения коллективного озарения в ближайший Хэллоуин. А может, для какой инсталляции! Плевое дело! Но функции утяжелителя она выполняла плохо! Да, это был такой уникальный случай, когда водка не утяжеляет! Я серьезно подумала, можно сделать об этом доклад в Сколково! Пришлось воспользоваться зажимами! Их у Гоши оказалось даже больше чем водки! Укрепив голову, мы, наконец, двинулись в путь. Гоша переоделся в артистический свой образ.

Фото столярной мастерской Гоши Острецова (взято с фб), голова - не та, для другого проекта.

На Киевской мы должны были захватить журналистку Светлану Куницыну. Она стояла у щита с рекламой и читала книгу с привлекательным дизайном обложки. Мы с Литичевским, как книголюбы, стали ее пытать, что за издание! Но матерых журналистов не расколешь, интеллектуальное озарение прошло мимо нас. Тогда Гоша Острецов предложил нам, чтоб мы по дороге не скисли, целую умственную головоломку! Ему подарили «Мифогенную любовь каст» (не запалим, кто!), написанную авторами явно в момент какого-то идеального озарения. Так вот, стоял жесткий вопрос, следует ли ее читать, или сразу передарить, пока новенькая! Мы думали с полчаса, поскольку никто из нас ее не читал! Этот вопрос особенно важен был для Гоши, поскольку из-за дислексии читал он не часто. И ему хотелось выяснить, что стоящего можно прочесть, чтоб сразу вставило и держало целый год! Последнего Сорокина мы с Жорой отмели, как то к середине начинаешь скучать от однообразия. Сошлись, разумеется, на классике!  Ритм нашего движения контролировал Жора:

– Гошунь, Гошунь! Спокойно! Спокойно!

А все повороты, зато были во власти Гоши!

– Опчик! Опчик! Опчик!

Сам путь особо мы не контролировали, соответственно поворот на Сколково мы проехали! Ящеры на дороге не летали, а одни только черные машины и все они были с черной икрой! Все до одной! Да, в одном месте мелькнула «Ванн-гоговская» роща! Территория Сколково, когда мы на нее въехали, у всех вызвала ассоциации с поверхностью луны.

- А вон луноходы! Луноходы! Все дружно согласились! Хотя были предложения на счет БАМа и даже инсталляции Димы Гутова («Над черной грязью»). Но я не осмелилась это озвучить! Луна, знаете ли, притягивает людей больше, чем грязь! Не описать как! Вокруг были скелеты низко этажных зданий, темнота и тени рабочих. Здания с тремя стенами. Непристойно открытые и загадочные. Радикальная и суровая открытость, не то, что отсутствие штор в голландских домах!

Сколково 2015, фото Кристины Ятковской

Мимо нас прошли лунные люди (строители). Казалось, что ты вплотную столкнулся с пришельцами! Вроде люди, но не те, что из города. Люди, которые существуют в своем отдельном пространстве. Как в фантастических фильмах!

Проехав территорию стройки, мы увидели впереди два здания с обоих сторон дороги совсем другого вида. Они были очень из стекла! Слева невысокое прямоугольное, справа более интересной формы – трапециевидной и оно было намного выше. Мне хотелось попасть в трапецию, но пункт назначения, здание Гиперкуб оказался слева. Гиперкуб, как оказалось позднее находился на улице Казимира Малевича. Впрочем, и так ясно было, что не обошлось без Малевича - ибо было темно и какие-то бетонные круги валялись вокруг! Только семафоры суприматизма негорели  вокруг! ("Я прорвал синий абажур цветных ограничений, вышел в белое; за мной, товарищи авиаторы, плывите в бездну, я установил семафоры супрематизма".)

Сколково, 2015, фото Кристины Ятковской

Рядом с ним находился пруд, темный и таинственный, на мгновение мне представилось, что это озеро, где Мэри Шелли, тусуясь с Шелли и Байроном, выдумала своего Франкенштейна.

- Мои картины видны с улицы! – сказал Георгий Литичевский, когда мы вышли из авто.

Фото из альбома Геогрия Литичевского

На втором этаже сквозь стекло виднелись веселые картины Жоры. Живописная медитация на тему теории мыльных пузырей (как назвал он свой фотоальбом с выставки на фб). На картинах были изображены кубики, цифры-единицы с мордашками, напоминающими семейство Муми-троллей, моллюски с присосками и стрелками на головах, усатые будильники, лохматые недовольные рожи, и рожи с грустной улыбкой клоуна. Часть персонажей была заключена в оболочку мыльных пузырей, а часть размещалась свободно на картинах. У тех, кто находится в мыльных пузырях – улыбка, не отражающая негативных эмоций. Персонажи, не защищенные мыльной оболочкой – переполнены злобой и агрессией, скалят зубы, либо выражают уныние. Георгием Литичевским в иронической, комиксной манере обыграны и вопросы коммуникации между людьми, человека с социумом и предлагается само понятие мыльный пузырь, которое чаще всего применяется в экономической практике в связи с ценовыми спекуляциями, проверить на различных научных и псевдонаучных теориях (теория облачной туманности, теория эволюции, теория часовых механизмов, теория большого взрыва и теория вероятности). Вдохновением для серии послужил опыт художника, когда ему в 90-х годах приходилось совмещать в повседневной жизни  две во мнгом противоположные  среды - научную (обучение в аспирантуре и работу в Институте истории естествознания и техники АН СССР) и среду художесвенного андеграунда. 

Фото из альбома Георгия Литичевского

Путь внутрь здания преграждал объект художницы Милы Долман "Причащение квадратом". Я конечно была не в курсе на счет названия, жажда испить горящего чая и привычка к объектам совриска как к безопасным повседневным предметам способствовали тому, что я прошла через объект без сомнений! 

- Там в конце дверь ростом с Медведева! - пошутил Гоша.

Мила Долман передала привет из Лондона и прислала позже мне фоточки и  пояснение к своей работе, которая, кстати стала победителем конкурса проекта Absolut Space в жанре паблик-арта этой осенью в Питере! 

Пояснение вышло в  двух вариантах! Для тех, у кого  Малевич висит над кроватью или третий том - это подставка для ног, чтоб встать утром  с кровати! 

"Оптический обман сжимает объем. Когда смотришь на тоннель из черных рам, стоя строго по центру, они сливаются и превращаются в черный квадрат. Движение или смена угла приводит к разрушению квадрата, у него появляется глубина. Квадрат превращается в коридор из уменьшающихся с каждым шагом "ворот" и заканчивается прохожом. Но высота этой двери рассчитана таким образом, что вошедший в "квадрат" должен склониться. Квадрат становится сакральным объектом, требующим преклонения. Как и "Квадрат" Малевича стал библией для искусства ХХ века. Эта инсталляция как рамка металлоискателя. Происходит проверка на возможность увидеть, попытаться понять и войти в искусство, пройти сквозь него и пропустить его сквозь себя. Акт причащение квадратом.

Вариант №2! 

Если по простому. Я художник. Когда незнакомые люди узнают об этом, то вот Два самых частых вопроса, которые мне задают: а можешь меня нарисовать? И второй: ну вот объясни мне про черный квадрат.

2015 год - 100 летие черного квадрата. 

Квадрат многим непонятен, но даже те, кто не понимают, осознают, что он велик. Хотя бы потому что знают, что он так популярен и столько стоит))

Мы вошли внутрь здания. Первое, что удивило, присутствие на первом этаже почтового отделения! Кроме «лунных людей» мы никого в округе не встретили, а пишут ли они письма, это вопрос! Как и следовало ожидать, работ, обыгрывающих взаимоотношения с почтой, не обнаружилось. А ведь об озарении можно сообщить и по почте, в лучшей романтичной традиции!

Но наши художники, как правило, и не отталкиваются от особенностей местности, интерьера, с которыми работают, в отличие от западных.

Нас ожидал биолог Юрий (профессор биологии Юрий Котеленцев).

Жора, Гоша и Юрий! Совпадение имен давало шанс на позитивный контакт между ученым и художниками, ради которого мы и приехали! Сообща планировалось обсудить, что есть озарение и как оно проявляется у художников и ученых! Пожалуй, самый актуальный вопрос в кризис!

С потолка свисал белый провод, на конце его вспыхивали периодически «разряды тока» (работа Людмилы Константиновой). Разговор зашел об опасности молнии для человека. Но в то же время такая визуальная метафора подходила к смыслу слова «озарение». Ведь озарение это как удар молнии! И какие от него будут последствия, узнаешь не сразу!

Елена Пантелеева, организатор мероприятия, первым делом обратила наше внимание на молнию!

 – Заостренная проволока, под собственным весом она немного выпрямилась, пока тут висит!

Гоша - Много людей умирает от молнии, пара тысяч в год! До сих пор не доказано, откуда она взялась!

Юрий - Трутся облака, статическое электричество, а шаровая молния, с ней непонятно!

Гоша - Это мы проходили в школе! Основная моя идея заключается в том, что все творческие процессы в науке и искусстве связаны с озарением и в этом есть точки соприкосновения между наукой и искусством.

Это был не единственный объект, свисающий с потолка! 

С потолка свисал робот! Робот-гимнаст, упражняющийся на аутенчиных кольцах (работа Кирилла Маркушина). Робот по виду напоминал игрушку лего. Безобидную на вид. Лишенный однако эммоций, которые движут людьми в достижении того же спортивного результата. Робот конурент. Конкурент на выживание в современном мире, где у людей все чаще наступает анестезия эмоций.  И в этом мире некоторые люди, в том числе художники легко доверяют свои тела новейшим технологиям, вмантируя в башку антенну, как Нил Харбиссон и прочие штучки. Кто победит?

 

 Фотография с сайта Кирилла Маркушина (http://markushin.org/art/)

Мы проследовали далее к сидящему за столом деревянному персонажу с телом человека и светящимся деревянным ящиком вместо головы.

Гоша - В своей работе я представляю некого ученого или чиновника-ученого. Когда человек задает себе вопросы, у него возникают сомнения!. Без сомнения! А когда есть откровение, нет вопросов! Человек творит и всё! Человеку является что-то, а второе «я», которое прячется в человеке, оно строит себе окна, дома, панцирь, как улитки. У меня складывался некий образ Циолковского, сидящего в домике в Калуге, и на него сваливаются тунгусские метеориты, атакуют инопланетные суда, в маленьком деревенском домике, где происходят невероятные открытия!

Фото Тани Кондаковой

Юрий - Я оценил качество вашей шлифовки! Сами делали!

Гоша - Ну да! Тоже любите! На даче? Да это не сложно! Машина делает! Приходите в мастерскую! Я как раз делаю бластер!

(Опчик! Есть контакт!)

Юрий - Я тоже пчелиным воском покрывал, неплохо получается, если вода не попадает.

Гоша - Ну это народное средство! Есть всякие итальянские средства.

Мы проследовали к цветному объекту у входа.

Гоша - Художница Кристина Ятковская написала картину – «Искусство это наука/наука это искусство». Про каждую полосочку она может рассказать целый текст, все непросто!

Вернувшись из путешествия, я обратилась через фб к Кристине, и она дала пояснение!

Кристина - Значит, про мой треугольный триптих. Он называется 'Тройное озарение' и построен на взаимосвязи - искусство это наука / наука это искусство - зависит от того, с какой стороны посмотреть. Я трудилась над ним почти всё лето и сентябрь. Всякое случалось по ходу работы - по холсту даже пробегала собака породы хаски. Мне хотелось примирить эти две параллельно существующие реальности, мир художников и мир учёных. Наука и искусство, параллельные друг другу, подобные, как треугольники, никогда не соприкасающиеся, как одинаково заряженные магниты - в момент озарения им суждено слиться. Здесь учёный увидит, что наука есть искусство, художник - что искусство есть наука. Третье измерение - в сложном поиске формулы бесконечной красоты. Ну и, конечно же, мне вспоминались озарения Артюра Рембо, в общем, тут много намешано.

Фото Кристины Ятковской

- Рембо да! – обрадовалась я!

Гоша - Оля Божко в своей работе воспроизвела компьютерный фон. В фотошопе он обозначает пустоту, прозрачное пространство. И она пишет «Свет», а с другой стороны «Конец света» и немножко все это про смерть.

Фото Кристины Ятковской

У Жоры на втором этаже «Пузыри». Но там столы поставили и ничего не видать! Враги! Враги искусства! Здесь теория мыльных пузырей. Радужная оболочка мыльного пузыря попадает на меня и возникает позитив.

Лена - Радужная оболочка – есть такое сообщество на фб!

Жора - Правда?! Вот это мое!

Юрий - Есть теория мыльного пузыря настоящая, физическая. http://www.einstein-online.info/spotlights/soap_bubbles

Гоша - Проект "Озарение" был задуман в рамках московской биеннале, работали мы над ним с лета. Я, конечно, скептически относился к соединению науки и искусства. Моя теория в том, что наука и искусство связанны с окружающим миром, который развивается. В 16 веке, если обратиться к истории, возникают музеи, где демонстрируются всякие чудеса, возникает интерес к чему-то необычному. Современный художник должен учитывать развитие современной науки. И сегодня мы можем увидеть рефлексию на нанотехнологии. Как у Оли Божко, она использует слой прозрачности в фотошопе, который является ничем. Бело-серые шашечки внутри этого магического пространства, современные технологии и одновременно традиционные. Любое произведение искусства рождается в процессе озарения. Результат работы художника есть озарение. Он ставит свою подпись, он лично под этим подписывается. Любой художник может сказать – моей рукой что-то водило. Это все один процесс. Озарение внутри процесса, художник провоцирует своей работой озарение. Конечно, он может ставить себе и задачи, как физик – сегодня я сделают эту вещь. Но в чем суть нашей профессии художника, в том, что мы посвящаем себя какой-то непонятной цели. Мы ждем всегда озарения! От кризиса к кризису, от озарения к озарению! Есть кризис творческий, а есть и творческое озарение, которое прет и прет!

Фото Тани Кондаковой

Лена - Очень интересно прет ли оно у ученых?! Есть ли творческий кризис и наоборот?

Юрий - Ну у ученых все по-другому!

Лена - Скажите как! Ведь это самое интересное!

Юрий - Во-первых, сейчас уже нет таких людей, которых можно было бы назвать учеными. Лет тридцать назад, меньше тридцати лет, когда моей дочери пять лет было, и был разговор об ученых, она сказала: «Вы ученые?!», - и долго хохотала! И она была права! Потому что есть студенты, аспиранты, молодые групп лидеры, постдоки, заведующие лабораторией, ректора, деканы, младший и старший сотрудник лаборатории, а самоназвание ученый не практикуется. Я не знаю почему! В английском есть слово сайнтист, постдоктор и ресерчер. Ресерчер - это исследователь. Повторяет изыскания. А ученый по-французски савант – савант, правда, это тот, который знает. А ученый по-русски это тот, которого чему-то учили. Может, тебя не научили вовсе! Видимо это звание должно присваиваться посмертно. Если мы сейчас говорим об «ученых», мы говорим о научно-исследовательских работниках.

Фото Тани Кондаковой

Лена - Звучит скучно!

Юрий - Почему! Вовсе нет! Это очень интересная жизнь! Трудная, на самом деле. Может не такая трудная, как у моих друзей художников, какая-никакая есть зарплата. А художники должны продаваться. Если кто-то мне скажет, что какой-то художник не продал при жизни работы, как Ван-Гог (О! Опять этот Ван Гог!), а после его оценили и продают за сто миллионов долларов, то значит, он посмертно стал художником. Есть ли озарения? Новые идеи приходят очень редко! Редко кому и редко во времени! На доказательства идеи уходит очень много времени и сил. Это мне мой сын сказал: «Что сидишь и думаешь? Как они в голову приходят!?» Я ему сказал, что идеи в клубах приходят!

Фото Тани Кондаковой

Лена – Ночных? Английских клубах?

Юрий - Под клубами я имею в виду сообщества ученых, которые работают над какой-то проблемой. Ездят на конференции, знают друг друга по статьям.

Гоша - Вы говорите о профессиональной среде?

Юрий – Я медленно подбираюсь к озарению! Я скоро закончу!

Жора – Не надо спешить!

Юрий - Поэтому озарения, когда он выскакивает из ванны и голым бежит по улице, такого конечно не бывает. Но есть, несомненно, очень умные и уважаемые люди. Главной наукой сегодня является биология. Она развивается, приносит много денег. Озарений очень мало.

Лена - Мне интересно, у художника нет понятия рабочего дня!

Юрий – Это не правильно!

Лена - Мне важно, как вы строите свой рабочий день, есть ли принципиальная разница? Вы ходите на работу, а художники не ходят.

Юрий – У меня несколько друзей художников и они очень разные. И у них у всех есть рабочий день!

Лена - Да что вы?!

Юрий - Одному человеку (Владимир Иванович Астафьев http://grinworld.org/exhibitions/exhibition_16.htm) 80 лет, он продает свои картины на набережной в Феодосии по 50 долларов. Самая большая коллекция у мэра Бергамо.

Лена - Тоже за 50 долларов?

Юрий - Он знает, кому, как продать! Мэру подороже! Он с 14 лет не выпускает из руки карандашика или кисточки. У него рабочий день начинается в шесть утра. И даже когда он стоит и продает картины, он все время рисует. И поэтому он хороший художник. А другой художник кончил Академию художеств. Сначала Луганское училище, он сын шахтера. Потом его приняли в Академию, и он учился у знаменитого советского художника Евсеенко Е.Е. Если кто помнит картину «Черешня» как у Петрова-Водкина, где командира убили, так вот они там лежат и едят черешню. Культовая картина советского времени. Он большой академик был. И Гена Гоголюк учился у него десять лет, выгоняли и принимали. Но рабочий день у него заканчивается в 8 вечера, и он идет в паб, до 2-3 ночи вдохновляется, приходит домой, извиняется перед женой и в 11-30 он опять в своей мастерской. У и него нет ни одного дня, чтоб он не работал. Друзья говорят – Гена, ты троечник, но стал художником! Картины у него продаются за несколько тысяч фунтов. У него жена и трое детей, он должен продаваться. Конечно, он ждет озарения и о Боге что-то бормочет. Но он работает! Это его привязывает к жизни. И раз в полгода приезжает его галлерист Джон Мартин, который держит галерею, где еще Тернер продавался и Гена попал в эту колею. Он довел его цены от тысячи до 15 тысяч фунтов за картину и Гена не имеет права не работать, никаких озарений! Ребята, которые приезжают к нему из Питера и считали его троечником и пеформансистом. Они там голыми бегали, человек-аквариум. Знаменитый петербуржский клуб, где Гена был главным актером.

Жора – я возражать не буду, но мне кажется, может быть, разный подход, эти инсинуации, они закономерны, и распространены!

Лена - У ученых есть присутственные места. А художник работает в своем уникальном пространстве, поэтому он может и полдня работать.

Жора - У нашего собеседника есть свои личные представления и об ученых, поскольку он сам занимается наукой и о художниках, поскольку он дружит с художниками. И у меня есть свои представления, потому что я с научным миром соприкасался и научный мир организован тоже по-разному. Слово ученый употребляется мало, скорее – научный работник. Но жизнь институтов организована по-разному. В некоторых институтах мало присутственных дней, где ты общаешься с коллегами, в основном работают в библиотеках, архивах, особенно это касается гуманитариев.

Юрий - Я говорю о естественных науках, даже математиков я не отношу к естественным наукам или физиков-теоретиков нейчрл сайнс, математики это скорее арт чем сайнс.

Жора - Безусловно! Если ты не найдешь определенной жидкости на полочке, у тебя не состоится эксперимент. А бывает теоретическая работа, я думаю у ученых тоже как-то так.

Юрий - Не совсем! Я расскажу, как проходит день ! Те, кто наливает и капает, лаборанты, младшие постдоки и старшие, они сидят за компьютером. Во-первых, во главе всего стоит дисциплина!

Фото Тани Кондаковой

Лена - Все-таки!

Юрий - Я 25 лет проработал на западе. И то, что здесь происходит, это действительно такая иллюзия, что мы ученые, мы приходим на заработки. А те люди, которые достают реальные деньги, они не могут себе этого позволить, женщина есть знакомая, у нее все время расписано, она должна писать гранты, статьи, проводить время с аспирантами. Вы соревнуетесь с другими людьми, которые работают с утра до ночи, и если вы будете ждать озарения, вы будите лузером. Поэтому те люди, которые большие ученые, у них каждая минута на счету.

Гоша – Карьеристы проклятые!

Лена - А художники могут строить свою карьеру и участвовать в веницианском биеннале, но они ждут озарения или нет?

Жора – Пусть озарение не очень корректное слово…

Гоша - Почему не корректное! Абсолютно корректное!

Юрий – Был великий математик Мигдал. Он сам говорил, что он потому такой великий математик, что может сряду работать два-три дня, почти не ложась спать. Потому что он может решать такие задачи, на которые у других не хватает непрерывной работы. Это как хороший преферансист, который выигрывает к концу вечера.

Гоша – А сколько он восстанавливается после этого!

Жора – Может сегодня все иначе, но существуют легенды из истории науки про того же Эйнштейна, который иногда толком не мог объяснить что к чему, видение своей теории, или это миф.

Гоша – А к Менделееву таблица элементов пришла во сне или не во сне?

Лена – Вот про эти озарения мы говорим!

Юрий - Ну Эйнштейн был такой большой пиарщик. Большую часть жизни он работал над общей теорией поля, которую не смог доказать. Переживал, что не попал в Америку и на него все смотрели, как на динозавра, все ушло далеко вперед, а он не верил в вероятность квантовой теории, он считал, что есть детерминизм. Я много читал про Эйнштейна. Недавно читал письма Эйнштейна к Борну, они были все вундеркинды, у них было в основном домашнее образование, они могли в 12-13 лет делать кальку того, что делают студенты сегодня 19 -20 лет. Это были протагонисты экстра-класса, которые должны были все время упражняться. Гений это 90 процентов пота!

Жора – Художники не говорят что озарение приходит из ниоткуда, разумеется должен быть контекст, но все-таки бывает какой-то очень очень мощный толчок!

Фото из альбома Геогрия Литичевского

Юрий - "Баз" по-английски. Это делается тяжело и трудно. Но когда ты сделал действительно это большой кайф! У математиков и физиков личная соревновательность очень высокая! Они с детства же этим занимаются. Почему они такие противные люди, большинство!

Фото из альбома Георгия Литичевского

Лена - Не то, что биологи!

Юрий - Биологи лучше!

Гоша - Это как знаешь, есть живописцы и скульпторы! Есть большая разница, между прочим!

Юрий - Нужно в классе лучше всех решать. Нужно на олимпиаде выиграть городской конкурс. Зависть большая! Они специально воспитываются! Они не то, что порочные. Целеустремленно-эгоистичные, достигающие цели любой ценой!

Гоша - А вот цель? – Слава? Карьера?

Юрий – у разных людей по-разному. Я этот вопрос задавал и себе и другим людям и разные люди отвечают совершенно по-разному, и совершенно, без всякого сомнения. У одного профессора спросишь – отвечает - конечно, слава! А у другого спросишь – конечно, деньги! У третьего спросишь – конечно, власть!

Фото Тани Кондаковой

Лена - Изменить мир к лучшему, этой мотивации вообще нет?!

Юрий - Ну так не отвечают! Подразумевается, что это общая вещь! Я знаю много людей, которые занимаются раком. Когда они пришли молодыми, появляется мотиватор. Потом главным мотиватором становится слава, деньги. Люди просто так устроены! Но есть какие-то альтруисты.

- У меня был знакомый. Старый человек. Который занимается черными дырами с каким то поворотом. Я спросила, что самое сложное! Он говорит – не с кем обсудить! Космическое одиночество. (К нам присоединилась дама).

Юрий - Это другой случай! Я говорю, что ученых не осталось! То, о чем вы говорите, это скорее 17, 18, 19 век и сейчас такие остались, но это скорее реликты. И в России таких людей может быть больше, чем в других местах. Но я бы не стал этим гордиться! Дело в том, что современная наука в результате движется другими людьми. Там где нет соревновательности жесткой, там нет прогресса. Туда не дают денег. Это хорошо и здорово - быть таким человеком. Я ему завидую! Здорово, когда такой человек есть, который думает о черных дырах и не заботиться о грантах.

Лена - А у художников то как?

Гоша – Только на эгоизме! У художников только истина!

Лена - Работы мы не продаем?

Света - Прозвучала фраза, если работы не продаются, значит, ты не художник. Ты согласен с этим?

Юрий – Значит, ты не доказал!

Жора – Впервые об этом я услышал от Свена Гундлаха, который перестал быть художником. Он честный человек. У него особенно не покупались работы в момент когда был русский бум, и он говорил: - Значит, нечего этим заниматься! Но он это говорил еще в лучшем состоянии. Когда у него парочку работ купили. Хорошие работы это те, которые хорошо продаются.

Гоша - Шилов!

Жора - Логика примерно та же. Но с этой логикой мы можем уйти далековато! Но я вернулся бы к науке. У меня был знакомый математик. Муж моей преподавательницы латинского языка математик. Мы обсуждали проблемы психологии математической деятельности. Он подтвердил, что математики изучают такие вещи, которых нет в природе. Треугольники, квадраты. Чистое воображение! Но математику чтоб с этим работать, нужна психологическая иллюзия реальность этих вещей. Что и треугольники, и алгебраические построения существуют в виде предметов.

Фото из альбома Геогрия Литичевского

Гоша - Как Сезанн!

Юрий – Где он продается, тоже вопрос популяции!

Гоша – Продаем! Но выживать то надо!

Жора – Следовательно, это почти художественная деятельность. Какого-то пусть монструозного, ненормального, но воображения, которое позволяет воображать вещи, которых нет, без которых он не сможет решить свои математические задачи. Хотя, казалось бы, это рутина и труд. Но в этом нет противоречия!

 

Юрий – Я продолжу, есть наука топология, (математический раздел), которая занимается формулами. Ленту Мёбиуса знаете? Есть математик, который иллюстрировал свою учебник-книгу рисунками Эшера. Это чистой воды математика. Эти лестницы. Вода течет. Там точная математика, компьютеризированная.

Жора – Без знания математики Эшера не поймешь!

Гоша – Вазарели что математика?

Юрий – Вазарелли жулик!

Лена – Так вон оно что!

Гоша – Началось! Вот с этим я согласен! Жуликов истина не интересует! Те художники, которые говорят, что они художники, может они не художники!

Жора – Жулики иногда тоже бывают артистические!

Гоша – Почему жулик? А продаются у него работы!

Юрий - Не только, работы целое здание у него огромное в Париже. Очень богатый был чувак! Я знаком с Мишелем ЛёПрансом, французский художник, который всю жизнь жил в Эдинбурге. В молодости он работал с Вазарели в Париже.

Гоша – Информация из первых рук!

Юрий – От ученика! У меня дома, здесь, в пятиэтажке висит картина ЛёПранса. Это как бы Вазарели у него. Но в отличие от Вазарели все его треугольники и квадраты совершенно не правильно геометричны и они совершенно не однотонны. Там везде есть какая-то игра. Это реально получается живопись. А не компьютерный стейк, который делался в смапродашен. Я работал, десятки и сотни людей делают стейкглаз. Их просто организовывают. Он только ковал деньги – вот что говорил Мишель ЛёПранс.

Гоша – Завистник!

Жора – В наше время Марк Костаби вообще не прикасался к своим работам!

 Гоша - Ну все мастера Возрождения так делали. Была школа Леонардо.

Жора – Это не очень удачный пример.

Юрий – Он был одинокий человек!

Жора – У него были ученики. Но школы не было в отличие от Рафаэля.

Лена – Мне казалось, что признаком художника являются не продажи, а то, что он находится в коллекции музея.

Юрий – Если у художника в музее висит картина, первое что он пишет – картина находится в коллекции Русского музея, Третьяковской галереи. Чтобы хорошо продать то, что у него осталось.

Лена - Для него важно туда попасть как веха в его карьере. А у ученых как?

Гоша – Что от художника останется – картины, скульптура, фотография, перформанс. Все это раз – в помойку. Вильям Блэйк (торжественно шепчет) – отличный английский фантастический художник, но с ним никто не считался, пока он был жив. Так, для себя писал. И он писал картины. Все его картины достались родственникам. Все, что мы знаем о нем. Акварели знаменитые, супер картины, его родственники сожгли. Они были эти самые сектанты. Они подумали, что он был, одержим бесами. Только по друзьям собрали. Осталась только графика. Прерафаэлиты на него молятся. Один из английских столпов искусства.

Юрий - Посмертно доказал что он художник!

Гоша – Я думаю, разговор о цене, что цена определяет - художник ты или не художник, это не совсем правильно. Рынок - это, по сути, спекуляция денежная. Ну что кусочек холста, испачканный краской, почему он должен стоить столько, где культурная ценность?

Лена – Кто больше предложит в данный момент, столько и стоит.

Юрий – Это вопрос нашего времени у нас все измеряется деньгами. Есть художники, которые никогда не хотели ничего продавать. Был и такой ученый Исая Зейтман https://ru.wikipedia.org/wiki/Зейтман,_Исай_Михайлович. Он из бедной еврейской семьи. Приехал в Москву во время революции. Дружил с Фальком, Шагалом, но он решил, что революции нужны инженеры, пошел в физтех, и потом всю жизнь он работал в Баумановском институте. Преподавал оптику. Физик он был не амбициозный. Даже докторскую не защитил. Он всю жизнь рисовал. И когда ему было 80 лет, его дочка устроила ему первую выставку и тут же эти картины обрели реальную стоимость. Третьяковка взяла его работы. Он просто никогда не думал, он рисовал для себя. Зарплату получал как преподаватель кафедры. Но он доказал, люди увидели и сказали – да мы хотим такие картины купить. Он умер чуть не в 98 лет. Что касается ученых, речь идет о тех деньгах, которыми ты можешь распоряжаться. Чтобы делать свою работу. Для этого нужны миллионы. Да! Мы все время думаем об этих деньгах. Завидуем тем, кто добыл этих денег больше и хвастаемся, мы всегда пишем, сколько ты получил за последние пять лет грантов – то чего ты стоишь, сколько ты привлек денег. Это тоже часто бывает несправедливым. Бывают ученые, которые не очень хорошо пишут гранты, не очень любят это делать. Но зато они больше времени посвящают, чтобы большие деньги превратить в хорошие результаты. Я сам не привлек много грантов, и мог бы кричать - вот я за маленькие деньги сделал хорошие работы. Всегда завидовал тем людям, которые смогли больше сделать. Я только сейчас к шестидесяти годам перестал из-за этого мучиться. Не спать ночами! Зависть! Зависть как это не цинично – это наше общечеловеческое чувство. В науке превалирует коллективное творчество. Там тоже есть озарения. Или лидер говорит – куда идти, что делать. Это в большей степени такая вещь коллективная.

Жора – Cовременные художники, они не могут развиваться в вакууме, им важен диалог с коллегами они же и оппоненты не только мгновенная реакция художественного общества. Современное искусство это искусство диалогическое.

Гоша - Цены на материалы постоянно поднимаются!

Жора - На мастерские, когда ты зарабатываешь, ты зарабатываешь на воспроизведение художественного процесса!

Гоша – Денег нет!

Юрий - Можно сравнить ситуацию с мастерскими в России и Шотландии. Гена Гоголюк, у него неотапливаемая мастерская чуть больше этого экрана в неотапливаемом сарайчике в Эдинбурге, за которую он платит полцены небольшой квартиры 300 фунтов, малюсенькая мастерская. Он сразу несколько картин рисует. Мастерские здешних художников, которые плачутся, что у них денег нет, это, огромные такие ангары, будьте любезны!

Лена – Так! Так! У некоторых двух этажные!

Жора - Это все достигается ценой определенных усилий!

Лена – А кто сказал что нет?!

Гоша - Я сказал!

Лена - Так что ли, за даром тебе достается, отец троих детей!?

Гоша - Денег не существует!

Гоша - Я не знаю, что со мной будет завтра! Я никогда не думаю даже на эту тему!

Лена – Почему?! Как же так!

Гоша - Если задуматься, то не проснуться от этого кошмара! Если они нужны, они появляются. 

Жора - Вот эту острую  фразу я услышал от него в 86 году!

Гоша – И как-то дотянул до 15 –го!

Света – А могут ли только деньги быть стимулом озарения для художника?

Гоша – Ты знаешь, деньги могут, как ни странно, помешать. Потому что это очень большая зависимость. Потому что деньги это некая ответственность. Деньги сковывают определенным образом мысли. Потому что, чтобы добиться определенного результата, не знаю, как в науке, но в искусстве должна быть свобода. Максимальная свобода. Только в этом состоянии ты можешь преодолеть пространство. Почему это искусство, а это не искусство. Где эта граница? Она настолько хрупка. Ее надо доказывать. Работать постоянно. Во сне и так далее, это не отрицает рабочего процесса. Но, чтобы получить стимул прорыва в творчестве, то, что привлечет все остальное, тебе необходимо и деньги, и возможности, и связи. Ты должен что-то такое воспроизвести, что людей удивило бы - это свежо, это интересно. Люди должны почувствовать свободу. Художник аккумулирует то, чего у людей нет. У людей нет свободы элементарной!

Лена - То есть художник должен быть голодным?

Гоша – Не голодным! Я отвечаю на конкретный вопрос, являются ли деньги стимулом, может быть и наоборот. Грубо говоря, почему заказная работа у современного художника считается намного хуже, чем он в своих мучениях, терзаниях изобразил. Заказ всегда сковывает, это деньги, ответственность. Это противоположные стихии.

Лена – Хотя, сколько шедевров было сделано на заказ!

Гоша – Хороший вопрос! Не так важны деньги как востребованность! Что искусство кому-то нужно!

Лена – Это вдохновляет!

Гоша – Безусловно!

Жора – Деньги бывают знаком востребованности!

Дама - Как формируются цены на искусство? Кунс - 58 миллионов это же такие деньги!

Гоша – Я могу объяснить! Вы читаете и для вас это как будто вдруг! На самом деле человек шел к этому всю свою жизнь! Джеф Кунс он откуда, он из пиарщиков по-моему?

Жора - Да тоже в костюме все время ходит!

Лена -  Из финансистов!

Гоша – Ну, грубо говоря, рекламный агент. Энди Уорхол из рекламщиков. Демиан Херст из рекламщиков. На самом деле, институт популярности, маркетинг изначально закладывается в твоей работе. Второе – должен быть сильный философский импульс, чтоб найти это озарение. Потом это озарение ты можешь эксплуатировать. Он начал с того, что он делал надувного зайца. Во-первых, эта работа - она из стали. Легкость бытия! Очень дорогая технология. На него такая пленка надета, поэтому он цветной. Легкость и возникает вопрос, насколько наша жизнь зависит от этого всего. И он очень привлекательный, блестящий. Он увеличивает в размере, одно только производство может стоить половину цены. С другой стороны это парковая вещь, ее можно выставить в парке, это всегда очень дорогостоящая вещь. Тем более у него были выставки по всему миру. Он постепенно набирал очки. Он делает тиражируемые вещи. У него есть команда.

Жора – Очень тиражная вещь! Дико дешевую вещь увеличивает в размере и правильный контекст нужно найти.

Гоша – Но нужно еще правильную вещь найти! Семантика правильная чтоб в ней была заложена. Ну и это игрушка! Сразу отсылает к детству, к смерти, к жизни.

Лена – Кажется, что такая надувная, а на самом деле ты об нее ударяешься!

Гоша - И разбиваешься! На самом  деле он делал скандальные работы. Выставка с Чичолиной. Порнографические работы. Откровенную порнографию он показал, где он играет сам себя.

Жора – Процесс создания этих работ это тоже была большая акция. Он женился на известной проститутке,которая была политическим деятелем. Она была руководителем парламентской фракции в Италии, родом из Венгрии.

Гоша – Ну там все совпало! У него его мужские возможности были на таком, серьезном уровне, он мог этим похвалиться!

Таня – Увлеклись! Может, о зеленом кролике поговорим с геном медузы!

Гоша – Он не боялся делать откровенные  вещи! Провокации! У него был конфликт с Папой Римским.

Жора – Потому что помимо этих фотографий он еще художникам из Ватикана заказал сделать из дерева в стиле барокко воспроизведения этих композиций, весь проект назывался Made in Heaven.  Они изображали райские сценки откровенные. Ева, которая вкусила яблоко. Он тоже своими руками ничего не делает, приглашает разных технологов. Чтобы делать работы с применением и новой технологии, и старой скульптуры деревянной крашеной, и все это большое, блестящее, отражающееся зеркально.

Дама - Ну а на втором то месте кто?

Таня – Серов! (В Третьяковке сейчас проходит выставка Серова).

Гоша - Обязательно сексуальная провокации должна быть, надувной презерватив или еще что. Заяц – эротический символ!

Лена - О чем мы еще должны поговорить?

Таня – Ну, может быть о соединении науки биологии и искусства?! Ближе к науке как бы!

Жора - Джеф Кунс с точки зрения биологии!

Гоша – У него все построено на парадоксе!

Таня- Юрий, Вы как относитесь к таким проектам художников?

Юрий – Это очень полезная вещь! Гены медузы они вовсю используются!

Лена – Мы не знаем о чем речь!

Юрий – Флуоресцентные белки, которыми можно подсветить, можно сделать мышь или кролика, которые будут светиться под лампочкой разными цветами. К искусству может быть ближе оригами, которую из ДНК делают.

Таня - Целые же фестивали проводятся!

Юрий - Они проводятся регулярно. В Эдинбурге есть такой сайнс фестиваль. Есть театральный фестиваль в августе, а в апреле сайнс фестиваль и они просят давать какие-нибудь фотографии полученные в микроскопе. Имиджи, которые можно выставить в качестве интересного объекта, артефакта. В биологии сейчас появилось много разных методов, как визуализировать ваш экспериментальный объект,  то могут быть и оптические методы микроскопа флуоресцентная краска, это все несет для нас очень важную информацию. Там яркий флуоресцентный краситель. И вообще это краситель компьютерный, то, что вы видите, это на самом деле закодировано. Белок излучает  зеленый цвет, вы кодируете его в красный. А другой белок излучает синий цвет, а вы его кодируете в фиолетовый или желтый. Это перекодировано на компьютере, но у них есть и свои волны, которые они излучают.

Жора -  Оригами, структура молекулы как-то перестраивается?

Юрий – Не поэтому. В каком смысле перекодируются цвета? Это не тот цвет, который вы видели глазом.  Тот цвет, который ваша ссд камера видит. Вы цвета меняете.

Жора – Но, тем не менее, это аналоговый цвет? Или цифровой. 

Юрий – Цифровой! Вы присваиваете определенному красителю определенный цвет. Например, в дапи красят ядро. Ядро всегда фиолетовое,  мы привыкли к фиолетовому цвету. Хотя это дань фиолетовому цвету. Есть имиджи очень красивые. И не микроскопические, а макроскопические. Щас можно делать ультразвуковые очень красивые сердце и почки. Их тоже можно окрашивать при помощи компьютера. Звук дает черно-белый контраст, в этот контраст можно добавить любой цвет. Можно сделать шкалу от желтого, через зеленый к красному. Воспалительный процесс какой- то идет, вы его окрашивайте лейкоциты. Таких полно примеров, но искусство или нет, я не знаю.

Таня - Просто интересно, как ученый реагирует на такое сотрудничество с художниками?

Юрий - Художники пока сотрудничают в одном случае. Когда нужно слайды рисовать. Красивые слайды -  это дорого стоит, как говорил один художник. Но проект с зеленым кроликом делал  художник? Не знаю  конкретно про зеленого кролика, но в моей парадигме я бы его к художникам не относил. 

Таня – Для ученых важна трезвость сознания? Художники они же могут  экспериментировать с различными психоделическими средствами в поисках озарения.

Юрий – Мой ограниченный опыт общения с художниками, которые пьют говорит о том, что все работали в трезвом сознании.

Гоша – Согласен! Ну, по молодости иногда бывает.Тебя понесет, но рисовать не возможно.

Юрий - Ученые на самом деле тоже любят выпить, у нас в пятницу мы все идем в паб. Но когда работаешь, нужно быть трезвым.

Лена – Коммуникация она важна. У нас скоро паб откроют!

Гоша - Чтоб подытожить историю, мы поняли, что такое современное искусство как таковое, искусство, которое может еще не продаваться, но мы говорим – этот талантливый художник, этот менее талантливый, этот карьерист.

Юрий – У вас есть какая то шкала внутренняя ваша?

Гоша - Конечно, профессиональный элемент, он внутри. Поэтому и Ван Гога все знали прекрасно внутри профессиональной среды художников. Художник связан с восприятием эстетики окружающей, как и ученый.

Таня - А вас что интересует в биологии?

Юрий – Я  маусмейкер! Я начал с того, что генетикой человека занимался. А потом изучал на мышах метаболические синдромы. У человека гипертония тоже не одним геном определяется, а разными. У разных людей могут быть разные комбинации. Это очень интересная научная задача. Гипертонию лечить легко. Лекарства есть, поэтому никому не охота разбираться в причинах! 

0 комментария Добавить комментарий

О нас, контакты, как добраться

"Be In Art" - пространство и платформа для реализации смелых идей в области современного искусства, образовательного и выставочного характера. В рамках программы "Be In Art" проходят выставки "нераскрученных" художников, лекции о современном искусстве, показы авторского кино, мастер-классы художников, режиссеров и других арт-деятелей, образовательные курсы и творческие вечера.
Телефон
+7(977) 706-25-00
Мы в социальных сетях
Москва,
м. Преображенская площадь,
1-я улица Бухвостова д.12/11, корпус 53 (НИИДАР), 4 этаж